Песни, которых мы не знаем

Алексей Балабанов, Владимир Суворов, фото Фото И.Бакеркина и И Стомахина. «Огонек» №39, 1987 г.
Обработка: naunaunau.narod.ru, март 2010 г.


Вячеслав Бутусов
Вячеслав Бутусов —
солист группы
«Наутилус Помпилиус»

Три дня в сентябре на открытой площадке Зеленого театра в подмосковном городе Подольске проходил большой фестиваль рок-музыки.

Свои программы показали: «Облачный край» из Архангельска, «ДДТ» и «Телевизор» из Ленинграда, «БОМЖ» и «Калинов мост» из Новосибирска, «I. M. К. Е.» из Таллина, «Весёлые картинки» из Москвы, «Наутилус-Помпилиус» из Свердловска — больше двадцати коллективов. Лауреатами названы «Телевизор» и «Наутилус-Помпилиус».

Сегодня мы знакомим читателей с уральской группой.

Их музыка не похожа на ностальгически — привычные, но давно забытые «Ландыши» или радостно оптимистичную песенку о последней электричке. И за «ландышами», и за «электричкой», вспомните, вставал мир такой безоблачный, благостный и тихий, где самым большим несчастьем, пожалуй, была лишь ссора с любимой. Так хотелось, чтоб мир был именно таким...

У группы из Свердловска «Наутилус-Помпилиус» видение мира несколько иное.

В природе Наутилус-Помпилиус — довольно безобидная раковина-моллюск. Размножается она странным для нас, людей, способом — захлопывая створки, острыми краями отрезает свою плоть, которая становится самостоятельным организмом. Небезболезненная операция; а новый организм начинает жить — мягким и незащищенным, доступным любому хищнику.

Ребята из рок-группы режут на сцене по живому — по сердцам. Но то ли гром гитар, то ли собственная глухота заставляет иных критиков воспринимать поверхностно лишь сакраментальное «Ален Делон не пьет одеколон...» — как сказано в одной из песен.

Можно презрительно кривиться, непроизвольно подергивая ногой в такт ритмам рока, можно считать его принадлежностью неглубокого ума, нечистой радостью посредственного вкуса, стремящегося к простым ответам на сложные вопросы. И среди поколения шестидесятых, выросшего на песенной культуре Окуджавы и Высоцкого, немало равнодушных к рок-музыке. Высоцкий пел о нас (или о том, какими бы мы хотели быть), а чего там такого на неизвестном для многих английском пели «Битлз» или «Роллинг Стоунз»? Привлекали мелодия, ритм, «запретный плод» в конце концов.

В благопристойное бытие ритм рок-н-ролла ворвался неожиданно:

Первый опыт борьбы против потных рук 
Приходит всегда слишком рано.
Любовь — это только лицо на стене,
Любовь — это взгляд с экрана...

Наутилус Помпилиус- Подольск 87
Наутилус Помпилиус
Тут вам не за последней электричкой бегать. Но именно это и не было услышано строгими ценителями, заметившими только «одеколон». Иные вообще ничего не хотели замечать, но речь не о них.

Когда сегодня на эстраде появились «Наутилус», «Аквариум», когда строки их песен разошлись на поговорки в молодежной среде, иные критики начали удивляться: «Да как же так? Нет, не такой песни нам хотелось, не о такой мечталось!»

Вниманием Центрального телевидения (вследствие уральской удаленности?) молодые музыканты не избалованы, пластинок их «Мелодия» не выпускала. Конечно, записать кассету «Наутилуса» не просто, попасть на концерт — большая удача, однако к материальному существованию самой группы это никакого отношения не имеет.

I.M.K.E.
I.M.K.E.
Калинов мост
Калинов мост
В одной из песен группы недвусмысленно сказано: «Я должен начать всё сначала...» Они и начали «сначала», отказавшись от обеспеченного быта, перспективной карьеры. За это и получили возможность говорить свое, незаемное. Говорить без оглядки на самого строгого цензора — свой собственный страх. Когда-то Дмитрий Умецкий, Вячеслав Бутусов пытались (и небезуспешно — на уровне студенческих проектов, не пошедших в дело) сказать свое слово в архитектуре. Не вышло. И «основная» деятельность в далеких от архитектуры «конторах» стала всего лишь средством содержания семейств. Олега Потапкина, лауреата рок-фестиваля в Вильнюсе, директор музыкального училища хотел исключить, потому как невозможно одновременно становиться вместе с «Наутилусом» лауреатом и сдавать экзамен по мастерству...

Они могли бы вполне безбедно существовать при ресторане-дискотеке «Малахит», куда их неоднократно приглашали. Но нельзя одновременно жевать бутерброд и слушать «Мальчик-Зима» или «Отход на Север». Здесь думать надо, а не желудочный сок выделять!

Они неудобны, максималисты, вызывающе одеты в галифе, ботфорты и строгие френчи. Они непривычны тем, что стоят, жестко врастая в пол сцены, почти не двигаясь, бросают в зал; «Одни слова для кухонь — другие для улиц...» Ведь и мы говорили это же! Шепотом, на кухне.

Но вот что больше всего их раздражало: «Ладно, нас не слушают, не понимают и не хотят понимать те, кому слова наших песен поперек горла. Но почему, почему и другие, для кого мы сочиняем, пишем,— почему им неважно о чем?»

«Свободы слуха», как писал Герцен, не оказалось и у поклонников. Команда Бутусова сменила репертуар, вновь заставив вслушиваться в себя, в новые, незаигранные, непривычные тексты. ...

Нас выращивали денно, 
Мы — гороховые зерна. 
Нас теперь собрали вместе — 
Можно брать и можно есть нас...

Облачный край
Облачный край
После исполнения этой едкой песни в Новосибирске попытались методами конструктивной критики воздействовать на свердловских музыкантов. За многие годы мы, признаемся, привыкли слышать о себе совсем иную правду — фанфарно-победную, и слух болезненно воспринимает отступление от ее канонов.

Конечно, по сравнению с началом восьмидесятых ситуация изменилась, но ведь именно в те «застойные» годы и родился отечественный рок. Им не страшно: «памяти поротой задницы» у них нет, им страшно, что прошлое может вернуться, и отнюдь не в виде фарса. Не переставая напоминают они это всем, кто готов слышать.

Когда публика ревет, а зал огромен, Вячеслав Бутусов закрывает глаза. «Надо почувствовать боль. Я не могу петь, пока не чувствую текста, пока не проживаю песню вмиг. Пока мне самому «всё равно», петь я не могу. Тогда уж лучше вообще молчать...» Таково их кредо — молчать, пока не почувствуешь боль собственной душой.

С каждым осенним днем приближается стужа. 
С каждым движеньем страшнее, но легче дышать... 

Бывший заурядный ВИА Свердловского архитектурного института, предназначенный для танцевальных развлечений, поднялся к вершинам популярности в «неформальных кругах». «Красивое пение» исчезло из программы группы. Появилось другое:

Когда умолкнут все песни, которых я не знаю, 
В терпком воздухе крикнет последний мой бумажный пароход. 
Мне стали слишком малы твои тертые джинсы, 
Нас так долго учили любить твои запретные плоды. 
Гудбай, Америка!.. 


Зрители
Когда умолкают, уходят чужие песни — появляются свои. И проблемы — живые, ненадуманные. И боли свои — своей страны, своего народа, своего поколения. После своих слов сложно будет вернуться к рифмованному воспеванию под легкую музычку красот летней речки, необременительному и безопасному переливанию из пустого в порожнее.

Они понимают, что, если боль заменить «благами», исчезнет и «Наутилус». Хорошо им, наверное, будет тогда, когда у ровесников, у всех нас начнут исчезать пустоты в душах. Впрочем, они и тогда найдут о чем сказать, потому как «эра безмятежности» не скоро наступит, да и вряд ли вообще достижима.

...Свои концерты Бутусов с командой начинают своеобразным музыкальным эпиграфом: в тёмном зале, на черной сцене все шестеро поют без гитар: «Разлука ты, разлука, чужая сторона. Никто нас не разлучит, лишь мать сыра-земля». Это потом зажгутся прожектора, поползет бутафорский дым и зал взорвется криком.

Так куда ж влечет нас рок? К тому времени, когда всеми будет осознана боль за свое Отечество, за свой народ и за себя, бывшего часто не гражданином, а всего лишь безответным «жителем». Затем они и на сцене.


Выступления групп фестиваля изданы на DVD (видео) и на CD (аудио) - прим. naunaunau. 
1986 год. Наутилус , Свердловск (зарубк... Все статьи 1987 года 1987 год. Разлука по-настоящему...

А сейчас здесь ссылка на сайты музыкальных групп, коллекционеров записей, аудиофильские сайты... Обсуждение редких отечественных компакт-дисков