Я хочу быть, всего лишь!

Андрей Беляков. «Комсомольская жизнь» №17, сентябрь 1988 г.
Обработка: naunaunau.narod.ru, март 2010 г.


Наутилус Помпилиус в сборе
Наутилус — молодо-зелено

Страшно не хотелось писать о них. Хотелось просто нажимать кнопку магнитофона и слушать, то громче, то тише... по настроению. И страшно не хотелось их цитировать, когда писать все же решился. Но этот заголовок — строчка из песни. Опять. Думаю, это закономерно. Почему? Попробую объяснить.

Концерт под лукавым названием «шоу-парад» идет часа четыре. В программе их выход во вторам отделении. А до того рок-группы, авторы-исполнители, танцевальные коллективы, детский хореографический ансамбль и т. д. Кто-то лучше, кто-то хуже. Зал полон. Я не первый раз на такой «солянке». Немного жаль выступающих, потому что зритель пришел не на них, сегодня не на них.

После выхода рок-группы «Наутилус Помпилиус» люди ручейками потекут из спорткомплекса «Динамо». Так происходит на разных площадках, почти всегда, потому что после них никого не хочется слушать. Нужно, хотя бы на время, сохранить в себе уже услышанное... и подумать.

— Вячеслав, сколько лет «Наутилусу»?

Бутусов сразу скучнеет, и мне становится неловко.

— Пойми, в разговоре о творчестве не важна дискография, не важно, кто, где, как и когда встретился, начал играть. Главное, что играть и как!

«Наутилус» — это просто счастливое стечение обстоятельств, которое могло произойти где угодно, совсем не обязательно в Свердловске.

Уважая позицию солиста группы, не станем раскапывать прошлые даты, события, перечислять рок-фестивали и конкурсы, где группа выступала и была признана зрителями и всевозможными жюри. Но все же любой артист, тем более рок-музыкант при всем желании не может оставаться только наедине со своим творчеством. Увы, околомузыкальный мир шумен и часто нескромен.

На заключительном концерте в спорткомплексе «Динамо» я случайно оказался рядом с кордоном милиции. Перед нашей скамейкой лежал протянутый в другой конец зала длинный канат, который стражи порядка любовно называли «веревочкой». Ведущая негромко произнесла: «группа «Наутилус Помпи...» Окончание слова было взорвано ревом и свистом.

Я обернулся. Ноги, вскинутые руки, разлетающиеся волосы, цветы, разодранные в крике рты. Сплошная стена человеческих тел неслась прямо на нас Милиционеры одновременно с выдохом: «Ну все. Началось!» — натянули канат на уровне пояса, отчаянно стараясь сдержать напор толпы.

Многие прорвались. Их ловили и стаскивали со сцены. Остальные повисли на канате, позалезали на стулья, поднялись с мест. И крик, крик, шквал звуков. Вряд ли кто-то услышал и половину первой песни.

О необходимости места для танцев на концертах рок-групп уже писалось и говорилось. Я о другом.

Бутусов у микрофона
Вячеслав Бутусов —
солист группы

— В Свердловске вас принимают так же?

— Да, разницы никакой нет. На концерте нас воспринимает, может быть, десятая часть зала. Это мешает. Не то, чтобы очень, но порой становится непонятно, для кого поешь? Кажется, что люди восторгаются только тем, что просто попали на концерт и воочию увидели ту или иную группу, а то и руками потрогали. С одной стороны, вроде бы поддержка, а с другой...

— А были у вас провальные выступления?

— Что ты! Сколько угодно. Например, как-то в Анапе выступали на стадионе. Публика курортная, лето, жарко, мамы с детьми, бабушки, в общем, отдыхающие. А тут мы. И впечатление такое, будто целый час лупишь в пустоту, а тысячи зрителей превратились в один кукиш.

Мы многое поняли теперь. В частности, то, что для больших залов мы не созданы. «Наутилус» — камерная группа.

Я испытывал время собой. 
Время стерлось и стало другим,- 

поет, забросив гитару на бок, почти за спину, Вячеслав Бутусов. И нужно напряженно вслушиваться в ритм, текст, в музыку, чтобы почувствовать — да, они и вправду каждый свой выход «должны начинать все сначала», как будто этот раз первый и последний.

Нужно слушать, потому что их песни не живут отдельно ни от нас с вами, ни друг от друга. По сути, это одно произведение, которое группа пишет уже несколько лет. Пишет своим опытом переживаний, своей болью за чужую беду, своей ненавистью к порокам и любовью к людям.

В одном из интервью автор текстов группы Илья Кормильцев назвал это мироощущение «горьким альтруизмом. И пояснил так: несмотря на победы, хорошие и светская история в целом, даже история одного человека — это довольно горькая повесть.

И, наверное, прав В. Бутусов, говоря, что «читать эту повесть» лучше в спокойной, раздумчивой атмосфере, а не в ревущем зале. Концерты, разъезды, и везде нужно оставаться честным со зрителем.

— Я никак не могу понять — пожимает плечами Слава, — почему мы должны выступать не меньше пяти раз в месяц? Кто так подсчитал? Почему не 4 или 6? Мы свой второй альбом «Невидимка» делали полтора года. Тогда, по сути, и пришли какая-то популярность. На мой взгляд, этот альбом как единый образ более цельный и законченный, чем даже «Разлука».

Но нужно же развиваться, а где взять время для работы? Ведь у нас еще и семьи есть. И потом, нельзя все время ориентироваться на одну аудиторию. Зачем? Мы меняемся сами, меняется наше творчество.

Сейчас мы пришли к выводу, что давать остросоциальные образы, зарисовки мало. Нужно говорить об общечеловеческих ценностях, таких чувствах, как, скажем, любовь... Песня «Я хочу быть с тобой» — это одна из попыток выйти на такой уровень и, кажется, довольно удачная.

Конечно, мы можем потерять часть зрителей, но, думаю, всегда найдутся люди, которые нас поймут.

Я ломал стекло, как шоколад в руке!
Я резал эти пальцы за то, что они
не могут прикоснуться к тебе, — 

звучит со сцены, перекрывая несмолкающий гул в зале. Девушки, ребята раскачиваются в такт песни, кое-где вспыхивают маленькие факелы — зажигают спички, фантики от конфет, билеты. Успеваю подумать о негодовании пожарных служб Дворца спорта «Динамо», как вдруг взгляд наталкивается на милиционера, стоящего в двух шагах.

Молодой сержант, крепко сжимая в руках натянутый канат-«веревочку», не отрывает от сцены горящих глаз и что-то говорит. Прислушиваюсь.

— Я хочу быть с тобой! — поет.— Я так хочу быть с тобой.

Блокнот я уже закрыл. Задаю последний вопрос.

— У вас по сравнению с другими рок-группами необычный сценический образ. Вы стоите на сцене как вкопанные. Может быть, для того, чтобы помочь зрителю сконцентрироваться на песне?

— Можно и так сказать, конечно. Но образ этот сложился случайно. Возможно, из-за меня. Если, скажем. Костя Кинчев из группы «Алиса» — это сгусток энергии, он один может «завести» весь зал, то я по натуре человек флегматичный,

А вообще-то зачем нас сравнивать? Рок-групп хороших много. «АВИА», «Алиса», «Мистер-Твистер». Каждая делает то, что ей ближе.

Мы попрощались, и вот что подумалось: наверное нет смысла искать ответа на вопрос, как им удалось в короткий срок стать одной из популярнейших отечественных рок-групп? Нет здесь никакого секрета. Как. нет и усматриваемого многими искусственного надрыва в исполнении песен. Просто такое мироощущение естественно для Вячеслава Бутусова и Ильи Кормильцева, для саксофониста Алексея Могилевского и бас-гитариста Виктора Алавацкого, для Клавишников Виктора Комарова и Алексея Хоменко, для ударника Владимира Назимова и для человека, без которого «Наутилус Помпилиус» как без рук, — звукорежиссера Владимира Елизарова.

Их и цитируют так часто скорее всего потому, что люди и песни здесь органичное целое. А кто еще может лучше рассказать о человеке, если не он сам? Для того чтобы играть и петь так, как они это делают, им достаточно «всего лишь быть», быть и чувствовать окружающий мир и себя в нем. И стараться оставаться свободными в своем творчестве.

Сегодня, когда «НП» приобретает профессиональный статус, это особенно важно. Ведь уже есть первые потери. Ушел из группы стоявший у ее истоков бас-гитарист Дмитрий Умецкий, посчитав сочетание творчества и ведомственной принадлежности невозможным.

На авансцене в луче прожектора неподвижная фигура В. Бутусова. Руки эффектно вскинуты к голове. Глаза закрыт». Это не поза. Чтобы петь, он должен «поймать настроение» в море гвалта и визга. Нужно зажать уши, чтобы этого не слышать. Нужно почувствовать боль...

P. S.

Не знаю, можно ли назвать публикуемую песню «Наутилуса Помпилиуса» его визитной карточкой? На мой взгляд, можно.

Многим хотелось бы видеть в «Скованных одной цепью» слепок со вчерашнего дня, но песня — о дне сегодняшнем тоже. Образ «цепи», связавшей всех нас в некое «братство поневоле», когда на одном конце «сильные мира сего», а на другом вы, многозначен. Наверняка каждый найдет в нем что-то главное для себя.

Одно можно сказать. Затронутые в стихах проблемы далеко езде не решены сегодня. О них только-только стали говорить в полный голос, только-только взялись за их решение.

«Цепь» не разорвана. Ее лишь надпилили.

Среди откликов на публикации рубрик «По вашим просьбам» и «Встреча для вас» все чаще встречаются просьбы побольше рассказывать о самодеятельных авторах и авторской песне.

В следующем номере журнала мы познакомим вас с автором и исполнителем, капитаном Тихоокеанского флота Василием Солкиным и расскажем о туристском фестивале патриотической песни имени Валерия Грушина. Мы рады, что рубрики «По вашим просьбам» и «Встреча для вас вызывают неизменный интерес читателей, но вынуждены напомнить: адресами музыкантов, артистов, певцов редакция не располагает.


1988 год. Вы нам писали. Наутилус Помпил... Все статьи 1988 года 1988 год. Наутилус Помпилиус...

А сейчас здесь ссылка на сайты музыкальных групп, коллекционеров записей, аудиофильские сайты... А сейчас здесь ссылка на сайты музыкальных групп, коллекционеров записей, аудиофильские сайты...